Техника для работы с ограничивающими убеждениями. «Перекодировка»

Когда мы знаем, чего хотим, но никак не можем получить это, мы находим внешние предлоги для объяснения этого. Но все, что стоит у нас на пути — наши ограничивающие убеждения, страхи, сомнения.

  • Мы хотим Бентли, но в нашей голове звучит едва слышный голосок «это не для меня».
  • Мы хотим найти работу получше, но тот же голос говорит нам «у тебя ничего не выйдет!»
  • Мы хотим свой дом, а голос заявляет: «Не жили красиво — нечего и начинать!»

В таких случаях предполагается долгая работа с психологом: получение разрешения на благополучие у внутренних фигур, запрещающих это, на собственные желания и мнение, разрушение ограничивающих надстроек, работа с родом и так далее.

Но есть трюк, позволяющий «обмануть мозг» и получить желаемое гораздо быстрее. Можно назвать это магией, но мы называем это работой психики.

Прежде чем приступить, нужно принять во внимание несколько тезисов

  1. Вся информация в мозге как бы закодирована в виде образов, звуков, ощущений.
  2. В мозге существует виртуальная копия пространства.
  3. Любое явление мозг помещает в виде символа на эту карту.
  4. Мы можем получать доступ к этой информации.
  5. Мы можем перекодировать нужные нам элементы.
Мир в нашей голове — интерпретация внешнего мира. Если мы меняем мир в нашей голове, мы невероятным образом меняем и мир снаружи.

Наша психика выстраивает нашу реальность в соответствии с набором закодированных элементов в нашей голове.

Все, что происходит с нами, происходит с нами только потому, что в нашем мозге есть определенный набор убеждений, закодированных в виде образов, звуков, ощущений, помещенных на виртуальной карте пространства.

Чтобы получить желаемое, надо перекодировать свои убеждения.

Эта техника носит название «субмодального шаблона».
Модальности — это каналы нашего восприятия: зрительный, слуховой, тактильный. Любое явление можно описывать общими формулировками, например «красное яблоко», а можно выделять более тонкие признаки: красный с бордовым оттенком и крапинками, слегка приплюснутое, блестящее.

 

Чтобы перекодировать убеждение, нужно выполнить ряд шагов.

  1. Найти три вещи, которые у нас уже есть и которые вызывают у нас радость и другие приятные ощущения. (Телефон, горный велосипед, ортопедический матрас)
  2. Списать субмодальный шаблон с них. (Расписать эти вещи детально по всем параметрам: цвет, объем, тактильное ощущение от прикосновения, вес, ассоциирующиеся звуки, внутренний отклик, положение вещи в нашем виртуальном пространстве).
  3. Найти три вещи, которые у нас есть и к которым мы относимся нейтрально. То есть, они не вызывают особых эмоций. Если эти вещи исчезнут, мы не сильно расстроимся.(зимний пуховик, табурет, кружка с ёжиком).
  4. Таким же образом списать субмодальный шаблоны с них.
  5. Установить цель: что мы хотим получить.
  6. Описать субмодальный шаблон этих вещей.
  7. Изменить этот код сначала на средний, затем на положительный.
  8. Ждать, когда реальность подстроится под нашу виртуальную базу данных «магическим», возможно, совершенно неожиданным для нас, способом. То есть, когда мы получим желаемое в обход своих ограничивающих убеждений.

Например:

Мы имеем телефон. Хороший телефон, функциональный, нам приятно, что он у нас есть.

Описываем его субмодальный шаблон:

  • Где перед мысленным взром мы его видим? Например, на расстоянии 30 см прямо перед нами.
  • Как он выглядит перед нашим внутренним взором: это объемная картинка или плоская, мы видим его как изображение на бумаге или экране, или своими глазами? Своими глазами, объемно, как настоящий.
  • Как мы его видим в деталях: ярко, четко. Фон вокруг размыт. Естественное освещение. Цветовая гамма насыщенная.
  • Что мы чувствуем, когда смотрим на этот образ телефона? Мы ощущаем радость, приятное тепло в животе и в руке, удовлетворение. Ощущение такое же, как при прикосновении к тёплому пластику.
  • Что мы слышим, когда смотрим на этот образ телефона: нам кажется, что отдаленно слышно звуки города и ветра.

Эти описания могут быть довольно странными, но ведь это код, язык символов. Поэтому надо описывать так, как видится, слышится и чувствуется.

Так же описываем две другие вещи.

Мы можем увидеть некие пересечения в этих наборах описаний. Например, все три вещи мы видим внутренним взором очень близко к себе, они яркие и мы чувствуем тепло при взгляде на них. Так наш мозг кодирует приятные вещи, которым разрешено быть в нашей жизни — ограничивающие убеждения не наложили запрет на них.

Затем мы точно так же описываем три нейтральные вещи и выделяем общее.

Далее мы воспроизводим субмодальный шаблон желаемого на нашей виртуальной карте и начинаем менять его так, чтобы он подходил под найденные правила кодирования нейтральных вещей.

Например мы хотим свой дом. И мы видим его где-то очень далеко, размытым, нечетким, в темноте. Мы мысленно приближаем его на то же расстояние, где мы видели кружку с ёжиком — примерно 1,5 метра от нас.

Мы меняем параметры дома так, чтобы они были схожи с параметрами образа кружки: неяркий фон, неяркие цвета, ощущение прохлады в руках, ощущение равнодушия на душе. В этот момент наш мозг должен начать верить, что иметь дом — так же, как иметь кружку с ёжиком. Мы этого не ощутим, но для мозга это очень важный процесс.

После того как обладание домом стало нейтральным, мы меняем шаблон на шаблон радующих нас вещей. Мы помещаем дом прямо перед собой, очень близко. Делаем картинку яркой а фон размытым.

Мы вызываем в своем теле ощущение тепла и радости. Когда мы меняем отдельные признаки, с образом дома могут происходить и другие изменения, какие мы как будто и не хотели вызвать.

Например, он может превратиться в игрушечный и измениться в цвете. Это не важно. Важно зафиксировать решающие признаки кодирования радостных разрешенных явлений.

После всех этих усилий мы как бы «расслабляем мозг», расслабляется сами и отпускаем картинку дома. В этот момент станет известно, удачно ли прошла перекодировка.

Если образ дома так и остался там, где мы его поместили — нас можно поздравить! Теперь наш мозг верит, что иметь свой дом можно и это безопасно и логично для нас.

Нам останется только ждать и наблюдать, как калейдоскоп реальных обстоятельств складывается так, что мы невероятным образом получаем дом.

И если до этого мы бились лбом о невидимое препятствие до потери надежды, теперь все происходит с наименьшими усилиями с нашей стороны.

Если образ дома снова переместился вдаль и потемнел, это значит, мы не смогли провести перекодирование. Какие-то наши ограничивающие убеждения сильнее.

Либо мы неправильно списали субмодальный шаблоны с приятных и нейтральных вещей. В этом случае нам нужно попробовать ещё несколько раз.

Автор Дмитрий Викторович Буренков

Психология индивидуальности. Теория ведущих тенденций.

Аннотация.

В этой статье излагается опыт многолетнего изучения личности, итогом которого явилось создание теории ведущих тенденций. В рамках этой теории структура разных уровней целостной личности отражается в количественных показателях психодиагностической модели.

Психодиагностика как инструмент исследования личности позволяет использовать методы математического анализа, что значительно повышает надежность и достоверность используемых методик. Цифровые показатели психологической автоматизированной экспертной системы, состоящей из комплекса специально подобранных компьютеризированных методик, отражают многомерную психодиагностическую модель личности на базе теории ведущих тенденций.

Вызовы современности и усовершенствование технической базы требуют все большей умственной и эмоциональной отдачи от человека. Прагматизм технологического бума предъявляет дополнительные требования тому, что принято называть «человеческим фактором», и оказывает влияние на многие традиционные формы существования главных человеческих институтов ― семьи, любви, общения, что может затруднять социально-психологическую адаптацию. В связи с этим психология личности конкретного человека как субъекта деятельности в социальных и производственных процессах все больше требует внимания психолога в его повседневной работе.

В отечественной психологии номотетическое направление дало множество работ, которые посвящены изучению общих закономерностей психической деятельности человека. С позиций этого направления вполне ясной представляется картина «вершины личности, которая имеет культурно-историческую основу» (Л. С. Выготский), но не включает в себя глубинно-влеченческие и эмоционально-динамические характеристики. Однако в работе психолога с конкретными людьми необходим идеографический (Г. Олпорт), индивидуально-личностный подход. Иначе — как быть с кардинально разными личностными особенностями у людей, воспитанных в одной культуре, сформировавшихся в одинаковых социальных условиях, но различным образом проявляющих себя при выборе профессии, круга общения, сферы интересов и социальной активности? Как понять, почему разные люди по-разному реагируют на жизненные невзгоды? При этом все привитое воспитанием, все (или почти все), что за долгие годы впитал в себя человек из опыта социального окружения, вдруг рушится или отходит на второй план, и проявляется его индивидуальный тип переживания и поведения. Перестает ли он в этот момент быть той личностью, которая сформирована воспитанием? В какой-то степени он теряет свое социальное лицо, утрачивает контроль над собой, проявляет свойственный ему тип реагирования. Слетает «фасад», передний (поверхностный) план личности, а иногда и маска, за которой раскрывается более откровенная сущность человеческой натуры. И здесь со всей очевидностью прослеживается связь с непосредственными проявлениями тех личностных свойств, которые связаны с физиологическими особенностями целостного организма.

Однако в советской психологии связью личностных свойств с врожденными особенностями всегда пренебрегали, утверждая, что личность формируется исключительно под влиянием социального фактора (в частности — теми «социальными отношениями, которые возможны лишь при коммунистическом государственном укладе»). Несмотря на это такие крупные ученые как И.М. Сеченов, Л.С. Выготский, С.Л. Рубинштейн, Б.Г. Ананьев понимали важную роль врожденной предиспозиции и физиологических процессов, лежащих в основе человеческого организма, в формировании деятельности мозга человека.

Отсюда — многообразие психических функций, которые в конечном итоге формирует разные типы личности.

Развитие идей А. Н. Леонтьева в работах его последователей все больше сближает полярные точки зрения: 1) биологизаторские тенденции, выводящие личностные особенности из органического (материального) субстрата и утверждающие, что психическая деятельность есть результат жизнедеятельности мозга, и 2) идеалистический подход, полностью отрывающий личность от физиологического базиса. (Последний из них близок к метафизическому направлению в философии, которое, признавая материальную основу мироздания, полностью выводит идею и дух человеческого бытия за рамки «бренной сомы» человека.) Еще в 1996 году А. Г. Асмолов (“Психология отечества”) писал: “Органические предпосылки сами по себе не предрешают развитие способностей и характера, точно также как социальные условия жизни не предопределяют, вырастет ли в этих условиях пекущийся о своем благополучии приспособленец или же борец, готовый отдать жизнь ради рождения нового общества”). При этом он же позднее высказался за необходимость “включить органические предпосылки в контекст целостной системы знаний о психологии личности”. В. Н. Мясищев, понимая личность как систему социальных отношений, все же подчеркивал, что при изучении личности необходимо учитывать биологические и конституционально-индивидные свойства.

Обрисовывая личность как структурное целое, К. К. Платонов, включал в эту структуру биологически обусловленный темперамент, возрастные и половые особенности. В. Дубровин в своей книге “Психические явления и мозг” справедливо отметил: одна и та же среда порождает поразительное разнообразие личностей, диаметрально противоположные характеры и склонности, психологически несовместимые свойства, что вовсе не вытекает из общих установок окружающей среды.

Естественно, что любой ортодоксальный взгляд — будь то только биологизаторский или социально-исторический подход в чистом виде — выливается в абсурд. Впадая в одну из крайностей, мы неизбежно пойдем ошибочному по пути. Однако именно такой перекос в понимании личности долгие годы преобладал в отечественной психологии. И в этом повинны не столько ученые, сколько давящая науку идеология, утверждающая первичность и исключительность роли социального фактора в формировании личности. Именно поэтому социально-исторические аспекты личности муссируются отечественной психологией долгие десятилетия, а все, что касается другого подхода к целостному пониманию личности (с учетом биологической предиспозиции), то его развитие в какой-то момент в нашей стране остановилось на уровне 20–30 годов XX века. Многие достижения тех лет представляли огромный интерес с точки зрения дифференцированного индивидуально-личностного подхода в педагогике. Однако “Указ о злоупотреблениях в педологии” в 1936 году резко пресек эти исследования и предал анафеме психодиагностику. Многолетний запрет (вплоть до указа об отмене Указа 1936 года в марте 1989 года) на дифференциальную психологию привел к тому, что ранние разработки в этой области советских ученых утекли на Запад, и лишь после оттепели 60-х годов они вновь стали возвращаться на свою родину, но уже как зарубежные тесты. (Изучая их, пришлось заняться их реадаптацией к отечественной популяции и модификации). Но и теперь многие отечественные психологи утверждают, что личность не сводима и не выводима из индивидных свойств (Б. С. Братусь). В том, что личность «не сводима» к индивидному базису, нет никаких сомнений. Но с тезисом «не выводима» никак нельзя согласиться: весь накопленный человечеством опыт входит в противоречие с этим утверждением.

В том же духе высказывается и А. Г. Асмолов: “При всем своеобразии и межиндивидуальной вариативности индивидных свойств, будь то возрастная чувствительность, эмоциональность, интроверсия или нейротизм, все они характеризуют не содержательные, а формально-динамические особенности поведения личности, энергетический аспект протекания психических процессов”. Автор не советует “вступать на путь создания содержательных типологий личности на основе формальных свойств индивида”.

Новое поколение ученых уже не столь категорично оценивает роль как социальных, так и биологических факторов в формировании личности. Так, Д. А. Леонтьев (внук А.А. Леонтьева) пишет о соотношении личного и социального в современной психологии как о трудной дороге от непримиримости этих двух категорий к их неразрывности (Вестник психологии МГУ, 1996, № 4). В контексте диалектического единства противоположностей, с учетом важности каждого из них появляется возможность свести эти полярные точки зрения к целостному пониманию объекта исследования — личности.

Не отрицая значимости социально-исторического фактора, мы должны, наконец, всерьез обратить внимание на роль врожденных, конституционально заданных свойств в формировании личности. Социальной детерминанте в отечественной литературе уже уделено столько внимания, что, если даже вкратце осветить многочисленные работы на эту тему, не хватило бы страниц всей этой книги. При этом психология индивидуальности до последнего времени замалчивалась и крайне мало освещалась в нашей литературе. Именно поэтому у автора возникла необходимость осветить подробно и аргументированно роль индивидуальных свойств в формировании личности и оказывающих определенное влияние даже на ее «вершинные» (по Выготскому) уровни. Это значит, что биологический фактор, определяющий индивидные черты, преломляется определенным образом не только в эмоциональной окраске переживаний человека, но и в его социальных установках, так как физиологическая база является первичным звеном в развитии и проявлении личности на всех этапах человеческой жизни.

Так основные различия между мужчиной и женщиной заключаются в генетически обусловленных особенностях одного из мозговых образований — гипофиза, благодаря которому в определенные возрастные периоды начинается или заканчивается функционирование гормональных желез, ответственных за формирование не только половой физиологии, но психических особенностей. Например, нерогуморальные процессы, в частности преобладание в кровотоке адреналина или норадреналина, влияют на проявление трусости или храбрости («люди-кролики» и «люди-львы» по Франкенхойзер). Устойчивость и лабильность, жесткость и мягкость, большая и меньшая зависимость от средовых воздействий и многие другие психологические свойства базируются на содержании в крови эстерогенов (женских половых гормонов) или андрогенов (мужских половых гормонов). Многие показатели, связанные с содержанием в организме определенных веществ коррелируют с эмоциональным состоянием человека. Это убедительно доказывают многочисленные работы известных ученых, в том числе работы Ю. М. Губачева, К. Изарда, Д. Томкинсона, и других исследователей.

Психология лишь в конце XIX столетии выделилась из философии, которая до этого монопольно занималась проблемой человеческой души. В работах известных философов Платона, Сократа, Аристотеля, а позже — И. Канта, Г.В. Гегеля, А. Шопенгауэра, Ф. Ницше центральное место занимает человек, мотивы его поведения, вопросы морали и нравственности, отношение к жизненным явлениям, к самому себе и к окружающим людям. Однако с развитием экспериментальных научных исследований в этой области (Вундт, Пиаже, Россолимо, Юнг, Роршах) психология выделяется в самостоятельное научное направление, в котором таким биологическим факторам как индивидуальные различия, половая принадлежность и возрастные особенности придается важное значение. Помимо социально-исторических аспектов бытия, влияющих на формирование человеческой души, ученых начинает занимать проблема преморбида и предиспозиции.

Еще в 30-е годы Л. С. Выготский и С. Л. Рубинштейн, вопреки распространенным в отечественной психологии тенденциям к нивелировке индивидных свойств с избыточным (если не абсолютным) акцентом внимания на модели социально желательной личности, не сбрасывали со счетов значимость врожденных, переданных по наследству от родителей и прародителей особенностей человека в формировании личности. Воздействие средовых явлений на психику человека рассматривалось ими не как пассивный процесс, а как субъективно-предпочтительный, избирательный, во многом неосознаваемый выбор.

Роль биологического фактора в развитии личности подтверждают многочисленные работы известных психофизиологов — Б. М. Теплова, В. Д. Небылицына, В. С. Мерлина, Э. А. Голубевой, В. М. Русалова и др. В их трудах находит свое развитие идея о величайшей значимости врожденных свойств центральной нервной системы — человеческого мозга и его физиологических особенностей — для формирования интеллектуальных и творческих способностей.

Б. Г. Ананьев рассматривал личность как понятие целостное, включающее в себя единство биологических и социальных факторов, отмечая также что взаимодействие биологического и социального начала в формировании личности проявляется не только в первые дни и годы существования человека, но продолжается всю его жизнь.

В своем стремлении создать теорию личности большинство авторов брали за основу подхода какой-либо один, по мнению каждого из них — главный фактор (фрустрированную потребность, мотивационную направленность, эмоциональный тип реагирования, ценностную ориентацию, нарушенные отношения, деятельность, семейные отношения, самооценку и др.) Исследуя тезаурус, в рамках которого ученые излагали свой подход к описанию личностных свойств, можно отметить, что они вкладывали неодинаковый смысл в одни и те же термины. Г. Мюррей, например, сосредоточил свое внимание на катексированных потребностях.

К. Юнг подробно описал интроверсию и экстраверсию — важнейшие психологические характеристики индивидуального типа реагирования, продолжающиеся в социальных аспектах человеческого бытия. Он считал, что это тот самый, звучавший ранее в интуитивном предвосхищении Гете, всеобъемлющий принцип систолы (сужения) и диастолы (расширения) человеческого “Я”. При этом Юнг подчеркивал, что трактовка этого фактора остается различной в понимании разных авторов. Наряду с типологическими индивидуальными особенностями К. Юнг описал архетипы переживания и поведения как имеющие общее с мифологическими типами образы коллективного бессознательного. Если личный образ выражает сугубо индивидуальное бессознательное, то архетип всегда коллективен и является общим для целых народов или эпох.

Другие известные ученые ( Э. Кречмер, Дж. Кеттелл, Г. Айзенк) описывают личность как совокупность черт характера, сопоставляя при этом нейротизм со — стабильностью. Наши наблюдения показывают, что фактор стабильности не может восприниматься как крайне заостренная черта, его место в структуре личностных свойств должно быть в центре схемы, на которой иллюстрируются разнонаправленные тенденции, то есть — как показатель уравновешенности.

Серьезный переворот в умах людей (и не только психологов) произошел под влиянием работ известного во всем мире врача-психотерапевта и знаменитого психолога Зигмунда Фрейда. Он привлек внимание человечества к тем переживаниям и мотивам поведения, которые протекают на бессознательном уровне и тесно связаны с инстинктивной жизнью человека, его неосознанными влечениями. В то же время Г. Салливен, А. Адлер, К. Роджерс, Э. Фромм, К. Хорни рассматривают индивидуально-личностный паттерн как процесс взаимодействия врожденных свойств и социального окружения. Модель самореализации личности по К. Роджерсу определяется типом воздействия окружающей среды на тенденции ядра личности, за которыми стоит определенный конституционально обусловленный паттерн. Г. Салливен построил свою концепцию личности, опираясь на две ядерные характеристики человеческой психики — стремление к удовлетворению своих потребностей и, в то же время, стремление к безопасности. Э. Фромм весьма подробно описал структуру позитивных (конструктивных) и негативных (деструктивных) типов поведения, опираясь на социальные аспекты личностной самореализации, которые произрастают из черт характера.

Сами по себе перечисленные теоретические подходы интересны, но они, как справедливо отмечает С. Мадди, «не описывают типы личности с какой бы то ни было систематичностью, а там, где эта систематика намечается, она не проявляется как сквозная характеристика на всех уровнях личностного самосознания». Их данные рознятся в связи с отсутствием как единой общепризнанной типологии индивидуально-личностных свойств, так и сколько-нибудь последовательной теоретической концепции. Кроме того бросается в глаза неравномерность выбора способов измерения личностных свойств, касающихся то эмоциональных, то поведенческих, то социальных аспектов проявления личности, что затрудняет сравнительный анализ результатов проведенных исследований.

В противовес этому разработанный автором статьи подход четко структурирован, а роль ведущих индивидуально-типологических свойств показана как сквозная характеристика, пронизывающая все уровни личности,
начиная с первичных проявлений и до ее вершин.

В основании авторской теории ведущих тенденций заложена парадигма П.Б. Анохина о преемственности разных уровней любой сложной системы, когда каждый нижележащий её уровень имплицитно содержит в себе зачатки того, что на последующем уровне разветвляется в многообразие свойств более высокого порядка. Отсюда сквозной стрежень, красной нитью идущий от врожденных свойств личности до ее «вершинных» уровней в виде ведущих тенденций. Кроме того, одним из фундаментальных положений автором предложена структура личности, основанная на ортогональном соотношении противоположных (разнонаправленных) свойств. В этом заметен подход к пониманию структуры личности с позиций диалектики ( единство и борьба противоположностей, переход количества в качество). В норме (при умеренных показателях по шкалам методик) полярные свойства уравновешивают друг друга и создают стабильность, но при явной выраженности некоторых из них выявляются акцентуированные свойства личности.

Характер, черты которого видны уже в раннем периоде, формируется в процессе взаимодействия генетически заданных (и проявляющихся в темпераменте) свойств с окружающей средой. Черты характера развиваются (усугубляются или нивелируются) под влиянием значимого социального окружения (родители, сверстники, педагоги, книги, кинофильмы, телевидение, уличное общение и т. п.), усиливая или ослабляя эти свойства в зависимости от адекватности выбора мер воспитания. Но, продолжая вертикаль развития личности, мы видим, что врожденные свойства в значительной степени сохраняются и в высших инстанциях личности и ограничивают индивидуальный выбор того направления, в котором воплотится социальная активность человека — выбор профессии, спутника жизни, круга друзей, интересов.

Таким образом, если представить образ целостной личности в виде некоего древа (рис. 1), то корни «древа личности» ― это генетическая предиспозиция; стволовая часть представляет собой в самой нижней части конституциональные особенности и определяемые ими врожденные варианты темперамента; средняя часть ствола ― результат взаимодействия темперамента и влияния среды (формирующийся на этой почве характер); верхняя часть древа личности (лиственная крона)― сформировавшаяся личность, контролирующая непосредственные проявления характера. Но и здесь ведущие тенденции ограничивают выбор направления социальной активности, а также влияют на иерархию ценностей. Врожденные особенности ― это база для формирования той индивидуальной избирательности, благодаря которой из широчайшего спектра впечатлений об окружающем мире каждый человек в свойственном ему стиле осваивает информацию, акцентируя свое внимание на одних явлениях и пренебрегая другими.

Рис. 1. Древо личности.
Психология индивидуальности Теория ведущих тенденций

Понятие «ведущая тенденция» ― более емкое и динамичное, чем «черта», «свойство», «состояние»: оно объединяет все эти понятия и определяет их индивидуальную (стилевую) окраску, которая проявляется в разные периоды жизни и на разных уровнях развития. Это дефиниция, включающая и врожденные, генетически переданные психофизиологические особенности (как база для формирования характера), и характерологические особенности, и особенности зрелой личности, которая осуществляет контроль над непосредственными чертами характера, и почва к состоянию, которое может развиться в условиях дезадаптации. Как показывает проведенное исследование, структура генетически обусловленной базы психологических свойств состоит из четырех базовых факторов -1. Эмоциональный тип реагирования, 2. Мотивационная направленность, 3. Преобладающий тип мышления и 4. индивидуальный стиль межличностного поведения.

Эмоциональный тип реагирования представляет собой индивидуальный стиль переживания, субъективную чувствительность к событиям окружающей жизни, проявляющуюся как фоном настроения, так и интенсивностью выражения чувств. Позитивная или негативная окраска эмоциональных проявлений носит адаптивный характер, так как отражает корневые аспекты чувства удовлетворенности — неудовлетворенности, обусловливающие активность человека и механизмы приспособления к среде. В предлагаемой структуре личностных свойств рассматриваются восемь эмоциональных типов реагирования, лежащих в основе природно заложенных реакций на явления окружающей жизни, продолжающихся по мере развития личности в чертах характера и в индивидуально-личностных особенностях, которые создают определенное русло, в рамках которого формируется социальная направленность. Выделенная автором статьи типология индивидуально-личностных свойств представлена восемью вариантами, для каждого из которых характерна определенная ведущая тенденция.

Сензитивность — это повышенная чувствительность к воздействию окружения, выражающаяся склонностью к рефлексии, глубиной переживаний, пессимистической оценкой собственных перспектив, стремлением к самосовершенствованию и идеалам. При этом отмечается преобладание мотивации избегания неуспеха, вербальный тип мышления, конформный стиль поведения в коллективе. Наиболее значимой является аффилиативная потребность, проявляющаяся преданностью в любви и дружбе; отсутствует стремление к лидерству, в ситуации депримированности возникает склонность к драматизации проблем, депрессивным реакциям. Тревожность – эмоция, проявляющаяся как адаптивная реакция на меняющиеся средовые факторы и ситуации. Умеренная тревожность проявляется нормальной осторожностью, ответственностью и исполнительностью, проявлениями толерантности к окружающим. Повышенная тревожность характерна для неуверенных в себе личностей, щепетильных в вопросах морали, суеверных, с повышенным чувством ответственности и преданных в сотрудничестве и дружбе, с гуманной направленностью профессиональных интересов, избыточной осторожностью в принятии решений, озабоченностью собственными неудачами, комплексом неполноценности, крайней нерешительностью. Эмоциональная лабильность проявляется яркостью эмоциональных реакций, изменчивостью настроения, артистичностью, умением перевоплощаться в разные социальные роли, сентиментальностью, стремлением к эмоциональной вовлеченности, наглядно-образным типом мышления. Для избыточной эмотивности характерны выраженная изменчивость настроения, экзальтация в высказываниях и поведении, противоречивость мотивации, склонность к трансформации эмоциональных реакций в соматические расстройства. Спонтанность как свойство личности характеризуется непосредственностью в самореализации, высокой поисковой активностью, избеганием режимных форм деятельности, подчиняемого статуса, наблюдается потребность в самостоятельности, тенденция к лидированию, независимость суждений. При значительно выраженности спонтанности к упомянутым характеристикам добавляются избыточная раскрепощенность поведения, импульсивность высказываний, предприимчивость, иногда граничащая с риском, неконформность установок, пренебрежение к общепринятой морали. Преобладают мотивация достижения цели, интуитивный тип мышления, стремление к лидированию в отношениях с окружающими. Агрессивность проявляется активным самоутверждением, упорством в отстаивании своих интересов, прагматичностью потребностей, преобладанием мотивации достижения; если это качество выражено избыточно, то — склонностью к импульсивным реакциям, наступательностью при самореализации с выраженной враждебностью, приводящей к конфликтам. Ригидность. Для личностей данного типа свойственна инертность установок, настойчивость, субъективизм, педантизм, повышенное стремление к отстаиванию своих взглядов и принципов, соревновательность, критичность в отношении иных мнений. Преобладает формально-логический синтетический стиль мышления. Такие люди успешны в интеллектуальной деятельности, связанной с числами, формулами, конкретностью. При избыточной выраженности этого свойства отмечаются скептицизм, недоверчивость, подозрительность, повышенное чувство соперничества, зависти и ревности, склонность к конфликтам, стремление любой ценой отстаивать свой приоритет, стремление к точности и справедливости перерастает в выраженное упрямство. Интровертированность ― личностное свойство, соответствующее левополушарному типу реагирования, которое, в зависимости от степени выраженности, проявляется избирательностью в общении, обращенностью в мир субъективных представлений и переживаний, тенденцией к уходу в мир иллюзий, фантазий и субъективных идеальных ценностей. Для интровертов характерны абстрактно-аналитический стиль мышления, преобладание мотивации избегания риска. Им свойственно стремление к видам профессиональной занятости «кабинетного стиля», к ограничению круга непосредственных контактов и избеганию конфронтации с окружением. Экстравертированность присуща правополушарному типу реагирования, представлена прямой противоположностью интровертированности и наблюдается как выраженная общительность, открытость явлениям окружающей жизни, подвижность, любовь к общественным мероприятиям, к танцам, к застолью, к самодеятельности, к путешествиям и езде на скоростном транспорте любого вида. Избыточная выраженность экстраверсии проявляется назойливой и неразборчивой общительностью, поверхностными, но обильными привязанностями. В настроении превалируют оптимизм и уверенность в успехе, мышление без опоры на опыт, завышенная самооценка, неумение подчиняться дисциплине, эмоциональная незрелость.

Рис. 2. Индивидуально-типологические свойства.
Психология индивидуальности. Теория ведущих тенденций.

Внутренний круг на этой схеме соответствует нормальному разбросу унифицированных количественных показателей психодиагностических методик, которые приведены в единую общую шкалу (от 0 в центре схемы, до 4 – средненормативный показатель, 7 баллов – заметная черта характера, 9 – избыточно проявляющееся свойство) и измеряют степень выраженности того или иного признака: внутренний круг отражает сбалансированность личностных свойств нормы, средний — умеренную выраженность как черты характера, а наружный – акцентуированные, избыточные черты.

Индивидуальный стиль межличностного поведения также находится в прямой зависимости от типа реагирования, в основе которого лежит та или иная ведущая тенденция.

На рис. 3 параметры, обозначенные курсивом, показывают характерные для соседствующих типов личности варианты межличностного отношения, проявляющихся в коллективном взаимодействии, в деловых контактах.

Рис.3.
Психология индивидуальности. Теория ведущих тенденций.

Под мотивацией в рамках теории ведущих тенденций подразумевается побудительная сила, лежащая в основе устремлений и действий индивида. Мотивация может быть образно представлена как туго скрученная пружина, стремящаяся распрямиться, обеспечивающая силу и направленность активности индивида, уходящая своими корнями в неосознанное влечение. Поэтому применение проективных тестов в рамках построения психодиагностической модели личности оказалось наиболее уместным в сочетании с вербальными методиками, так как именно проективные тесты позволяют выявить неосознанные тенденции личности. На статистически проверенном материале доказано, что мотивации достижения успеха сопутствуют преобладающие в личностном профиле применяемых методик шкалы, определяющие спонтанность, ригидность, черты лидерства, независимости, соперничества, амбициозность, общительность. При этом параллельное исследование интеллектуальными тестами показывает преобладание способностей в сфере точных наук – 81,3%, в области гуманитарной деятельности 63% опора на интуицию – 76%. Противоположная картина наблюдается, когда преобладает мотивация избегания неуспеха: выраженные показатели по шкалам сензитивности, тревожности и интроверсии в тестах ИТО, СМИЛ, ДМО, ВФТ, выбор на первые позиции ахроматических и смешанных цветов, мазохистические тенденции и заниженная самооценка в тесте Сонди.

Когнитивный стиль определяется типом восприятия, переработки и воспроизведения информации, который находится в тесной зависимости от ведущих индивидуально-типологических тенденций. Личности, формирующиеся в условиях ригидных, тугоподвижных свойств нервной системы, отличаются формально-логическим, прагматическим мышлением с преобладанием способностей в области цифр, четких схем, конкретных формул и конструкций. Индивидуально-личностный паттерн эмотивного типа отличается преобладанием наглядно-образного, целостно-чувственного, художественного восприятия. Тревожно-интровертные гипостеники предпочитают вербальный (словесный) материал и проявляют способности больше в сфере постижения смысла и обобщения словесной информации. Активные спонтанные личности отличаются целостным интуитивным мышлением, опережающим опыт и обеспечивающим достаточно высокую прогностическую функцию мышления. Социально активные коммуникабельные экстраверты отличаются преобладанием правополушарных характеристик: освоение новой информации им дается легче через разговорное общение. Среди них эмоционально лабильные и тревожные личности с компромиссным стилем социального поведения отличаются художественным, наглядно-образным типом восприятия, склонностью к опоре на цельно-чувственные образы. Близкие к этой группе спонтанно-стеничные личности больше стремятся к двигательной, а не мыслительной активности. Полярный им тревожный тип чаще встречается среди воспитателей, учителей, ученых, представителей профессий, требующих самоотречения и нуждающихся в щадящей социальной нише (священнослужители, миссионеры, общественные деятели, борцы за воплощение в жизнь гуманных идей). Социально пассивные интроверты в большинстве своем относятся к левополушарному когнитивному стилю. При этом лица, типологически относимые к сензитивным и тревожным ориентированы на вербальный стиль освоения материала (через словесную информацию). Социально пассивные индивидуалисты и ригидные личности усваивают и передают информацию, пользуясь языком символов, формул и цифр. Их стиль мышления — системный, синтетический, прагматичный, складывающий целое из «кирпичиков» отдельных составляющих деталей. Изучение индивидуального стиля когнитивной деятельности показало достоверные связи ( от 56 до 82% ) показателей шкал личностных профилей опросника ИТО и теста СМИЛ с типами мышления, выявленными психофизиологическим исследованием межполушарной асимметрии путем сопоставления пупилломоторных реакций и психодиагностических показателей (Собчик Л.Н., Варченко Н.Н., Баринов А.А., Ганькин К. А.)

В совокупности все эти категории — эмоциональные особенности, мотивация, тип мышления и стиль межличностного поведения — составляют индивидуально-типологическую базу, на которой в процессе взаимодействия с окружающей средой и формируются разные типы личности. Таким образом, если взять образ дерева за основу, то на поперечном разрезе на разных уровнях развития каждая структура проявляется по-своему: 1-й уровень ― генотипические свойства по типу сильного или слабого варианта; 2-й уровень ― тип высшей нервной деятельности: стеничный, пассивный, устойчивый (ригидный), неустойчивый (лабильный); 3-й уровень ― индивидуально-личностные особенности, определяющие черты характера и базовые свойства личности: сензитивность (рефлексивность), тревожность, эмоциональная лабильность, спонтанность (импульсивность), экстраверсия, интроверсия, ригидность; 4-й вершинный уровень ― социальная направленность, развивающаяся под влиянием социальной среды, познания культурных традиций своего этноса и мирового опыта, но (!) на базе индивидуальной избирательности, которая обусловлена типологической принадлежностью, то есть ведущей тенденцией. Вид социальной активности и, в частности, спектр разнообразных видов профессиональной деятельности, пристрастий и ценностей имеет ограничения в рамках той предиспозиции, которая обусловлена индивидуально-личностным типом. Приведенная типология индивидуально-личностных свойств содержит восемь ведущих тенденций, каждая из которых может проявляться как предиспозиция, как черта характера и как реакция (состояние) на противостояние средовому окружению или фрустрацию. Этим достигается возможность использования единого инструмента изучения личностных особенностей человека и в нормальном состоянии и при дезадаптации.

По вертикали преобладающее врожденное свойство в качестве доминирующей тенденции насквозь пронизывают все уровни развития личности снизу доверху, а по горизонтали структура личности представляет собой сочетание эмоциональных характеристик (сензитивность, тревожность, эмотивность, экстраверсия, спонтанность, ригидность, интроверсия), соответствующую им мотивацию, стиль межличностного поведения и тип мышления. Если к этому добавить диапазон колебания личностных свойств в динамике, то получится объемная трехмерная модель личности.

Все вышесказанное не исчерпывает представление о целостной самоуправляемой системе личность. До сих пор мы обсуждали базу, определяющую форму проявления личности, которая реализуется в эмоциональном типе реагирования, мотивационной направленности, стиле общения и типе мышления. Это те непосредственные проявления, с помощью которых человек адаптируется в окружающем мире, свойственная ему форма реагирования, проистекающая из истории развития человеческой психики, насчитывающей миллионы лет. Однако даже выстроенная с помощью психодиагностики трехмерная модель не исчерпывает полностью неизмеримо более сложную конструкцию понятия личность. Есть еще более высокий уровень: интегративное ядро личности, которое является над-структурным образованием, формирование которого связано социализацией личности. Это – самосознание. Индивидуальное самосознание осуществляет способность человека руководствоваться в принятии решений и в поступках (в отличие от непосредственного поведения в соответствии с особенностями характера), в соответствии с собственным критерием нравственности. Это не супер-эго, которое контролирует спонтанность поведения с опорой на мораль социального окружения. Самосознание социализированной личности соизмеряет свои поступки со своим нравственным идеалом. Это стрежневой, ядерный аспект структуры личности, обладающий функцией саморегуляции. Осознанное стремление управлять собой, бороться с импульсивными реакциями, с собственными непосредственными проявлениями, разумно использовать привитые навыки, осмысленно руководить своими поступками, вырабатывая стратегию целенаправленного поведения, ― все это осуществляется стержневым свойством личности, ядерным конструктом, осознанным Я. Индивидуальное самосознание зиждется не только на когнитивной функции, относимой к рацио, но также и на эмоционально-чувственном самоощущении, и на мотивационной составляющей (тот волевой аспект мотивации, который позволяет самосознанию контролировать поведение), и на сложившийся системе отношений (в том числе и ситуативно обусловленных). Оно включает в себя так же самооценку, которая в структуре ядра личности отличается тем, что она ориентирована на сложившееся собственное нравственное кредо личности и позволяет понять не просто степень соответствия общепринятой морали (отвечая на вопрос «Кем я хочу казаться»), а созвучность собственному нравственному кредо личности («Каким я должен быть»). Однако критерий нравственности не идеален в прямом понимании этого слова. В процессе социализации у человека сформировались не только позитивные черты, выгодно отличающие его от животных, но и те проявления, которые отличают его не в лучшую сторону: лживость, коварство, предательство, жестокость и прочее. В условиях адаптации к социуму человек познает не только высокое критерии высокого предназначения (честность, порядочность, доброта, самоотверженность, альтруизм) но также и циничное отношение к тому, как можно добиться желаемой цели наиболее легким путем, приучается к изворотливости, к неразборчивости в средствах. Но даже при «плохих» поступках человек стремится оправдать их с позиций своего нравственного идеала, а хорош этот идеал или плох – это уже его личный опыт и судьба, диктующие свои законы. Для психологов не может быть разграничений людей на «хороших» и «плохих», так как им приходится изучать личностные особенности преступника, наркомана, алкоголика, суицидента, экстремиста, больного человека. При этом опыт показывает, что даже у преступников, хулиганов и убийц методами психологической диагностики выявляется позитивная самооценка. Изучение психологии преступников (опыт работы в Институте предупреждения преступности предупреждения преступности в ГНЦ ССП им. В.П. Сербского) показало, что у злостных хулиганов, грабителей и убийц шкалы, отражающая уровень самооценки, запредельно высокие, а свои аг¬рес¬сив¬ные дей¬ст¬вия по от¬но¬ше¬нию к дру¬гим они пол¬но¬стью оп¬рав¬ды¬ва¬ют тем, что ок¬ру¬жаю¬щий мир жес¬ток и не¬спра¬вед¬лив, и уверены, что их действия носят характер самозащиты или мести за все те злоключения, которые выпали на их долю.

У разных личностей процессы формирования зрелого Я протекают в разные возрастные промежутки. В основном период созревания (и физиологического и психологического) выпадает на подростковый возраст, но часто у них физиологическое развитие опережает психологическую зрелость, что и создает серьезные трудности адаптации. По мере взросления поступки человека все больше подчиняются осознанному Я, высшей форме проявления личности, ее стержневому кредо, которое соотносит свои поступки и мировоззрение с уровнем собственного самоуважения, с теми основными принципами, согласно которым живет данный человек. Замечено, что у личностей, типологически относимых к рефлексирующим, склонных к самоанализу, стремящихся к самосовершенствованию, умеющих затормаживать сиюминутные желания, с повышенным чувством вины, дорожащих теплотой межличностных отношений, склонных к сопереживанию формирование нравственного стержня происходит быстрее. Напротив, у лиц с завышенной самооценкой, не склонных к сомнениям, решительно самоутверждающихся, не способных к сопереживанию, жестких и наступательных в поведении, цинично перешагивающих через интересы других при реализации собственных желаний, формирование интегративного ядра личности происходит гораздо медленнее. Нужны серьезные потрясения и горький жизненный опыт, которые умерят их эгоцентричность и повернут их лицом к собственной душе. Именно так мы обычно называем ту нравственность, которая должна быть внутри нас как мерило духовности.

Таким образом, личность — это открытая внешнему опыту саморегулирующаяся система, в которой на всех уровнях развития проявляется ведущая тенденция, придающая индивидуальную окраску таким структурным компонентам как эмоциональный паттерн, мотивационная направленность, стиль мышления и способ общения с окружающими. Личность открыта внешним воздействиям и обладает свойством динамичности, реагируя на влияние среды в пределах индивидуально очерченного диапазона изменчивости, что делает структуру личности адаптивной к меняющимся условиям. Высшие уровни самосознания, социальная направленность и иерархия ценностей индивида формируются не только под влиянием социума, но зависят также от индивидуального тропизма, то есть той избирательности и неосознанного влечения, которые значительно ограничивает количество степеней выбора пути конкретного человека в социуме при самореализации и освоении им многообразия окружающего мира. Интегративное ядро определяет зрелость личности и реализуется через самосознание, самооценку и самоконтроль.

Внутриличностная гармония обусловливается уравновешенностью разнонаправленных, полярных друг другу тенденций (единство и борьба противоположностей, переход количества в качество). Выраженная избирательность и мотивационная направленность в определенную сторону, созвучную собственным наклонностям, свойственна лицам с выраженными чертами характера, с ярко очерченной индивидуальностью. «Акцентуанты ― далеко не худшая половина человечества», говорил К. Леонгард, и наш опыт подтверждает правильность его выводов. Этнопсихолог и историк Л. Н. Гумилев считал, что лишь пассионарные личности, то есть те, которым недостаточно добиться в жизни удовлетворения собственных эгоистических потребностей и которые устремлены к иным, над-прагматическим целям, ― лишь они способны к незаурядным свершениям и могут двигать этнос к прогрессу и совершенствованию. Это дано далеко не всем. В поисках смысла жизни человек, духовно богатая личность сама наполняет свою жизнь смыслом. Обнаружить эту духовность можно лишь по признакам, которые свидетельствуют о степени освоения человеком культуры своего этноса и достижений мирового наследия.

Психодиагностика как инструмент изучения личностных свойств дает возможность выявить степень выраженности тех или иных личностных свойств в их индивидуальном разнообразии. Математическая подоплека тестовых методик дает возможность причислить психологию к категории таких наук, аргументация которых подлежит проверке методами мат-анализа.

С опорой на положения теории ведущих тенденций, в повседневном процессе поиска решений в разнообразных, не похожих друг на друга ситуациях, сформировался тот универсальный подход, с помощью которого выстроилась весьма эффективная модель психодиагностического исследования в виде специально подобранной батареи тестовых методик, которая более чем за 30 лет практического применения подтвердила свою надежность и эффективность. И если отдельные тесты (по мнению ученых) имеют достоверность не выше 0,3, то продуманное сочетание нескольких методик, входящих в этот комплекс, значительно повышает их результативность. Достоверность каждого отдельного теста повышается, если значимость его показателей подтверждается близкими по психологическому содержанию показателями других тестов.

Автором настоящей статьи разработана методология многоуровневого, разностороннего изучения личностных свойств в виде комплексного подхода, реализованного как батарея тестов. Каждая из методик, входящих в эту батарею тестов, направлена на изучение определенного уровня самосознания личности, на раскрытие особенностей разных личностных подструктур: это мотивация, эмоции, тип мышления, стиль межличностного поведения. С помощью разных тестов структура личности освещается на разных уровнях самосознания: 1. На уровне субъективной самооценки (Индивидуально-типологический опросник ИТО, метод диагностики межличностных отношений ДМО. 2. Как внутренняя картина образа Я — с помощью полупроективных тестов, какими являются Стандартизированный многофакторный метод исследования личности СМИЛ, Вербальный фрустрационный тест ВФТ. 3-й уровень направлен на изучение неосознаваемых влечений и переживаний — проективными, глубинными тестами, (Метод цветовых выборов, модифицированный тест Люшера МЦВ, Метод портретных выборов МПВ — модификация теста Сонди ).

Достоверные связи показателей основных восьми тенденций по включенных в экспертную систему тестов подтверждены данными корреляционного анализа в процессе сопоставления баллов, отражающих степень выраженности типологических тенденций, с данными объективного наблюдения и результатами психодиагностического исследования тестами ИТО, СМИЛ, МЦВ, МПВ и ДМО. Путем корреляционного анализа выявлены достоверные связи (от r=0,46 до r = 0, 73) между сравнимыми по психологической сущности показателями применяемых психодиагностических тестов.

ИТОДМОСондиМЦВСМИЛДостоверность 
ЭкстраверсияIm+   d+Желтый9-я< 0,05
Эмотивная лабильностьVIIIm+   hy+Фиолетовый3-я < 0,05
ТревожностьVIIe+  hy+Коричневый 7-я + 2-я< 0,05
СензитивностьVIh +  s —Синий2-я< 0,05
ИнтроверсияVh-  k –Серый       0-я+2-я< 0,05
Ригидность
(педантизм)
IV  p- e-Зеленый6-я+8-я< 0,05
АгрессивностьIII  e- s+Черный6-я+4-я< 0,05
СпонтанностьII  p+ m-Красный4-я< 0,05

Как показывает опыт лонгитюдных исследований, ведущая тенденция может служить предиктором ситуативно обусловленного дезадаптивного состояния, то есть выявляет зону риска в отношении определенных социально важных проблем. Методики, входящие в психологическую автоматизированную экспертную систему, подробно описаны в опубликованных практических руководствах и уже более 20 лет успешно применяются психологами ( в том числе во многих государственных организациях) в их практической и научно-исследовательской работе.

Список публикаций автора по теме статьи.

  1. Собчик Л.Н Теория и практика психологической оценки личности. В сб. В.Г. Деев и проблемы современной психологии. Материалы II научно-практической конференции. Академия права и управления. Рязань. 2002.с.12-16.
  2. Статья: «Теория ведущих тенденций в пенитенциарной практике». В сборнике «Словарь по пенитенциарной психологии от Ф до Я». Москва, изд PER SE. 2008. 18 с. Совм. Со Славинской Ю.В.
  3. Собчик Л.Н. Статья «Психологические критерии криминальных наклонностей». Доклад на всероссийском съезде психологов по теме «Коченовские чтения» (интернет-журнал)
  4. Собчик Л.Н., совм. со Славинской Ю.В. «Теория ведущих тенденция в психодиагностике контингента лиц, отбывающих наказания в системе ФСИН». Журнал «Прикладная юридическая психология» Академии ФСИН РФ. Москва, изд. Академии Правоуправления, 2008. 6-23 стр.
  5. Собчик Л.Н. Книга. Управление персоналом и психодиагностика. М., Изд. Боргес. 2008.
  6. Собчик Л.Н. Книга. Психодиагностика в медицине. М., Изд. Боргес. 2007.
  7. Собчик Л.Н. Книга. Стандартизированный многофакторный метод исследования личности СМИЛ. М., Изд. Боргес.2003- 2010.
  8. Собчик Л.Н. Практическое руководство: Метод портретных выборов. Модификация теста восьми влечений Сонди. М., Изд. Боргес. 2010.
  9. Собчик Л.Н. Практическое руководство: Метод цветовых выборов. Модификация восьмицветового теста Люшера. М., Изд. Боргес. 2008, 2011.
  10. Собчик Л.Н. Практическое руководство: Диагностика межличностных отношений ДМО. М., Изд. Боргес. 2011.
  11. Собчик Л.Н. Практическое руководство: Индивидуально-типологический опросник ИТО. М., Изд. Боргес. 2007.
  12. Собчик Л.Н . Доклад и тезисы к материалам V съезда Общероссийской общественной организации «Российское психологическое общество» Психодиагностика и компьютеризация методов исследования личности. Том III, стр. Москва, МГУ,2013.

Автор Собчик Людмила Николаевна

Страница 1 из 22
1 2 3 22